Верховный Суд вернул в апелляцию дело о дистанционном кредите на 869 958 рублей. Судам предстоит оценить идентификацию клиента и осмотрительность банка, в том числе при быстром переводе денег третьему лицу.
Верховный Суд потребовал дополнительно проверить обстоятельства оформления дистанционного кредита, который гражданин оспаривал как полученный на его имя посторонними лицами. Определением от 18 августа 2026 года № 5-КГ26-78-К2 отменены акты апелляции и кассации. Спор направлен на новое рассмотрение в Московский городской суд.
В деле фигурировал кредит на 869 958 рублей, оформленный через дистанционный сервис банка с использованием СМС-кода. Клиент утверждал, что не собирался брать кредит, а его персональные данные были похищены. Банк, напротив, настаивал, что коды ввел сам истец в подтверждение согласия с условиями кредита и страхования. Нижестоящие суды отказали в иске, посчитав, что банк мог исходить из самостоятельных действий клиента.
ВС указал, что при использовании простой электронной подписи необходимо установить лицо, которое ее сформировало. Банку следовало удостовериться, что намерение заключить договор исходит от надлежащего лица, и обеспечить безопасность дистанционной услуги. Суды должны были проверить, проявил ли банк заботливость и осмотрительность, ожидаемые от профессионального участника оборота.
Значение имела и последовательность операций. На счет клиента поступила 751 тысяча рублей, а менее чем через пять минут деньги были перечислены третьему лицу. Коллегия связала такую ситуацию с необходимостью повышенных мер предосторожности при дистанционном кредитовании. Она также учла, что истец был признан потерпевшим по уголовному делу.
Для клиента практическое значение определения — в составе доказательств: при оспаривании кредита существенны обстоятельства подтверждения операции, движение денег и меры идентификации со стороны банка. Для кредитной организации — в необходимости обосновать надежность этих процедур в конкретной ситуации. ВС не признал договор недействительным своим определением и не установил общего запрета на подписание договоров СМС-кодом. Итог спора зависит от оценки обстоятельств при новом рассмотрении.